А потом все замолкло, всем стало не до медведей: пошли пожары. Они бывали каждое лето, особенно в сенокос и жатву, когда дома оставались одни ребятишки. Но в этом году пожары разыгрались на редкость сильно и начинались чаще всего по ночам с гумен. Было похоже, что поджигают, может, вольно, может, и невольно бездомные бродяги, непрошеные ночлежники. В деревнях усилили охрану. Тогда пожары перекинулись на ометы соломы в полях, на зароды сена в лугах.

Раньше всех раскрыл поджигателя Ванька Уздяков. Возле самых загадочных пожарищ он неизменно находил следы своего удравшего Сынка. Но зачем было ему поджигать? Потехи ради? Раньше он никогда не делал этого, добывал огонь только по приказу хозяина и всегда неохотно. Может быть, поджигает в отместку? Но кому, за что? Припомнив все слухи, Ванька подумал, что у Сынка убили подругу, вот он и мстит за это. Возможно, и за то, что люди слишком раскомандовались в медвежьих лесах.

Ванька принялся повсюду искать поджигателя, чтобы поймать и образумить либо сдать в зоологический сад, за крепкую решетку. Наконец, напал на знакомый медвежий след. Он шел из леса через скошенные луга, к зародам сена. Далеко впереди Ваньки двигался кто-то темный, похожий на медведя. Ванька прибавил шагу. Если это Сынок идет поджигать сено, надо догнать его до зародов и остановить. Но не успел. Когда подбежал к зародам, они уже пылали. Из пламени раздавался дикий медвежий рев.

- Сынок! Сынок! - закричал Ванька. - Иди ко мне!

А медведь уже погибал и скоро затих. Когда от зародов остался только пепел, в нем нашли обгоревшего медведя с ошейником. На ошейнике висела медная бляха "Сынок" и зажигалка, от которой артист прикуривал во время представлений.

Так закончил свою жизнь "медвежий гений - похититель огня". Он слишком увлекся поджигательством. Как развернулась бы борьба медведей с людьми, если бы Сынок Иваныч передал искусство поджигания своему медвежьему племени? Много сгорело бы на Руси лесов и лесных деревянных поселков.