Мы минут сорок как взмыли над Сан-Франциско, когда экипаж, наконец, решил принять меры в связи с сортирной бедой. Дверь не отпиралась еще с момента взлета, и вот старшая стюардесса вызвала из кабины второго пилота. Он возник в проходе справа от меня, держа в руке диковинный черный инструмент, похожий не то на фонарик с лезвиями, не то на что-то вроде электрозубила. Он невозмутимо кивал, выслушивая, как стюардесса шепчет скороговоркой:

– Поговорить с ним я могу, – чеканила она, тыча длинным красным ногтем в надпись «занято» на закрытой двери, – но не вытащить оттуда.

Второй пилот задумчиво кивнул, упираясь спиной в толпу пассажиров, когда приспосабливал принесенный воинственный инструмент.

– Имя у него есть? – спросил он стюардессу.

Та царапнула взглядом по списку пассажиров на своей дощечке с зажимом.

– Мистер Эккерман, – изрекла она, – адрес: Кайлуа-Кона, дом 99.

– Большой остров, – сказал второй пилот.

Стюардесса кивнула, все еще сверяясь со списком.

– Член Клуба Красной Ковровой Дорожки, – продолжала она, – путешествует часто, предыстории нет… сел в Сан-Франциско, билет в один конец до Гонолулу. Настоящий джентльмен. Никаких зацепок, – она не унималась, – ни брони в отеле, ни машин напрокат… – стюардесса пожала плечами, – очень вежливый, мягкий, раскованный…

– Ага, – сказал второй пилот, – знаем мы таких.

Он на секунду уставился на свой инструмент, а затем занес другую руку и строго постучал.

– Мистер Эккерман, – позвал он, – вы слышите меня?

Ответа не последовало, но я сидел достаточно близко к двери, чтобы слышать звуки движения внутри: сперва падение стульчака, потом спускаемая вода…

Я не был знаком с мистером Эккерманом, но порекомендовал ему пройти на борт в аэропорту. У него был вид человека, который когда-то боролся за золото в большом теннисе в Гонконге, а потом перешел на вещи посолиднее. Золотой ролекс, белая льняная охотничья куртка, цепь из Тай Бата на шее, тяжелый кожаный кейс с замком из цифр на каждой молнии… То не были приметы человека, который внезапно запрется в туалете сразу после взлета и просидит почти час.