Стив открыл пачку, набил рот обломками печенья, отвинтил крышку на фляжке и стал пить компот. Он пил долго и напустил полную фляжку крошек. Кроме него всю дорогу компота уже не пил никто.

Именно тогда чуть не случилась первая драка, но папа купил Дэвиду "Пепси-колы", и все утряслось.

Вообще драки возникали периодически. Папа обратил внимание, что периоды агрессии приблизительно совпадали с мельканием за окном крупных железнодорожных станций.

К вечеру папа задремал на верхней полке, а проснулся от громкого сопения. Он свесил голову и увидел страшную картину: долговязый худой Дэвид извивался под толстым Стивом. Одной рукой он старался вырвать Стиву глаз, а второй молотил его по толстому боку. Стив же кряхтел и в свою очередь левой рукой душил Дэвида за горло, а правой пытался открыть перочинный ножик. По полу были рассыпаны пять килограммов яблок из спортивной сумки Дэвида. Проснись папа на несколько минут позже, и в купе произошла бы кровавая драма.

x x x

На следующий день мама ушла на работу, а папа с девочкой отправились на вокзал.

Возле подъезда голубым мелком на желтой штукатурке было написано "Ашот - рахит!"

- Кто такой Ашот? - спросил папа.

- Рахит, - сказала девочка. - Читать не умеешь?

- В каком смысле - рахит?

- В прямом. В смысле - баран.

- Ты заблуждаешься, - сказал папа. - Рахит значит совсем не это. Знаешь, что такое рахит?

- Дурак?

- Рахит - это ребенок с кривыми ногами. Если ноги кривые - значит рахит. Вон, видишь, женщина с малышом? Это и есть рахит.

- Бедная, - сказала девочка.

- Да не женщина рахит! Рахит у ее ребенка!

- Бедненький! - сказала девочка.

- Ничего страшного, - успокоил папа. - Рахит - излечимая болезнь.

x x x

На вокзале было очень грязно. На деревянных диванчиках сидели и лежали люди. И даже на полу лежали люди. Некоторые ели какую-то отвратительную колбасу. Может быть, колбаса была вкусной, но выглядело это неприятно. Кое-где ходили собаки, а под самым потолком летали воробьи и голуби.