— Ну, стал быть, ей поплохеет. Потому что я не дам тебе ее забрать.

Он встал и засунул руки в карманы.

— Ладно, как я могу тебя переубедить?

Я скрестил руки на груди и молчал. В конце концов, о таких делах в открытую говорить не стоит. Есть знаки, и они делают за тебя всю работу. Язык жестов, все такое. Я сделал характерное движение пальцами.

— Ага, понял, — сказал он и полез в карман как примерный мальчик. Достал несколько бумажек, пересчитал, покачал головой и полез в бумажник.

— Так че, тебе есть что сказать? — спросил я. Как и почти все пацаны в Манджеле, я могу стерпеть присутствие чужака, но не стану терпеть оскорблений от какого-то засранца. Если наезжает, мне посрать, откуда он — я его отпизжу.

— Успокойся, друг, — сказал он, выдавая мне три купюры и нервную ухмылку.

Я расцепил руки и взял бабки, но продолжал смотреть на чувака, пока не начал считать, сколько там. Это были пятерки, что меня как-то напрягло. Но и пятнадцать фунтов на халяву тоже неплохо. — Ну, вперед, — сказал я, поворачиваясь к нему спиной и убирая бабки в карман. — Она в твоем распоряжении.

Остаток вечера был полной расслабухой, по понедельникам всегда тихо, к тому же холодный осенний воздух с ходу остужал мозги любому, кто думал о мордобое. Я выпил стакан пива, потом несколько минут потрепался с Рэйчел, пока пил второй, добавил еще парочку на дорожку, попрощался с Рэйчел, реквизировал бутылку вискаря из-за барной стойки, накатил еще пива, потому что бочка кончалась, запер заведение, снова выпил на дорожку и сел в машину.

И всего пару минут спустя, мне так показалось, я уже выгрузился перед домом. Это можно отнести на счет охуительного инжекторного движка “Форда Капри” 2,8. В те дни машинка гоняла как сумасшедшая. Я наладил управление, все такое. Ее, правда, иногда клинило, если до упора вывернуть руль вправо, но всяко даже женщины и дети могли бы ее выровнять на раз одним движением локтя. А 2,8 с инжектором ни хера не предназначена для женщин и детей, между прочим.