– Для нашего дела в самый раз.

– И я о том же. На поворотах, правда, херня, зато по прямой рвёт в клочья. Обгонит Ф–111 на взлете.

– На взлете? Сами не улетим?

– Ни в коем разе. Позвоню в Нью-Йорк насчет денег.

2. Развод свиноматки в Беверли-Хиллс на 300 долларов

В нью-йоркской конторе о «Винсент Блек Шэдоу» ничего не знали: меня отфутболили в лос-анджелесскую, которая на самом деле находилась в Беверли Хиллс, в нескольких кварталах от бара «Поло» – но когда я туда добрался, тётка-бухгалтер отказалась выдать мне больше трехсот наличкой. Она сказала, что понятия не имеет, кто я такой, а я к тому времени уже истекал потом. Кровь у меня слишком густая для Калифорнии: в этом климате у меня никогда не получалось объясниться по-человечески … Особенно, если пот льет градом … глаза красные и выпученные, а руки дрожат.

Я взял 300 баксов и вышел. Адвокат ждал меня в баре за углом. «Маловато будет, – сказал он. – Нужен неограниченный кредит».

Я заверил его, что кредит будет. «Вы самоанцы все такие, – упрекнул я его. – Никакой веры в порядочность, на которой зиждется культура белого человека. Ведь еще час назад мы сидели в тухлом кабаке без цента в кармане и планов на выходные, и тут из Нью-Йорка звонит совершенно незнакомый человек и велит мне отправляться в Лас-Вегас – на расходы плевать – потом посылает меня в какую-то контору в Беверли-Хиллс, а там еще один совершенно незнакомый человек дает мне триста баксов просто так … Вот это, друг мой, американская мечта в действии! Будет глупо затормозить в самом начале этого странного пути и так и не узнать, куда он нас заведет».

– Точно. Так нельзя.

– Верно. Но сначала машина. Потом кокаин. И еще магнитофон с особой музыкой и гавайские рубашки.

Я знал: единственный способ подготовиться к такой поездке – нарядиться как павлины и, попрощавшись с разумом, совершить бросок через пустыню и сделать репортаж.