– НУ, ВАЛЯ, ТЫ ПОСТРАШНЕЙ ЧЕЧЕНСКИХ ТЕРРОРИСТОВ, – уважительно прогудел Бурый, подождав, пока сидельцы проглотят хохотунчика. – Чем даром такому таланту пропадать, ты бы здесь давно уж какому-нибудь быку или, скажем, морде козлячьей на роги шашку намотал. Кандидатов мы тебе подберём. Со взрывчаткой в стране пока напряга нет. Чего подогнать – динамита, аммонала?

– весело запел юркий коротыш Шурик Клякса и стебанул чечеточку, лихо выстукивая об пол дробь своими кривыми ножонками.

– Эй, народ, уру-ру!

– Кишеня вроде, – подсказал Жора Лещ.

– Какой Кишеня? Дядя Вася?

– Ну…

– Он-то зачем на эти мутки подписался? Вроде уважаемый бродяга… Василь Поликарпыч, и ты, что ль, в сказочники подался? Андерсен, япона мать!

Кишеня недовольно отмахнулся:

– А что я, хуже всех? Я по-быстрому, без всяких сисек-писек. Не за ради ваших бабок и барахла. Хочу поделиться горьким опытом. Как, значит, старый жулик может попасть в блудную…

– Лады, тискай, раз вожжа под хвост попала… Жертва блудная.

И Кишеня тиснул.

Рассказ блудной жертвы

«КАРМАШ» – СПЕЦИАЛЬНОСТЬ БЛАГОРОДНАЯ, НО НЕРВНАЯ. Я говорю о старых щипачах, а не об нынешних бабуинах. Эти только и могут, что мойкой махать налево-направо, писаки

Я, между прочим, с самим Трактором бегал

Валюха сперва тоже держала стойку, щипала граждан по автобусам – резину гоняла. Несмотря что пузцо уже было пятимесячное. Даже надеялась, что беременность – это навроде как фортяк

Остался я один за кормильца-поильца, как отважный челюскинец. Работали мы с местными пацанами грамотно, маршруты расписаны, никакого базара и разборок. Время от времени менялись, чтоб не примелькаться. Я втыкал обычно от центра к Северному, в час пик – утром и вечером. А так – на тучах