За углом меня остановил другой мужик.
— Слушай, дружище… — начал он.
— Да?
— Слушай, я ветеран Первой мировой. Я положил жизнь за эту страну, а теперь я вообще никому не нужен. Никто меня не берет на работу, никто. Меня тут не ценят. Хотя я столько сделал для этой страны. Я не ел уже несколько дней. Помоги мне, чем сможешь…
— Я сам ищу работу.
— Ты ищешь работу?
— Ага.
Я пошел дальше. Перешел через улицу.
— Врешь! — крикнул он. — Ты не ищешь работу! У тебя есть работа!
Спустя пару дней я приступил к поискам.
Глава 4
У него был слуховой аппарат. Провод от аппарата тянулся вдоль шеи и скрывался в кармане рубашки, где лежала батарейка. В офисе было темно и уютно. Мужик был одет в старый потертый коричневый костюм, мятую белую рубашку и потрепанный по краям галстук. Мужика звали Хедерклиф.
Я прочел объявление в местной газете. Контора была рядом с домом.
Требуется энергичный, честолюбивый молодой человек, который задумывается о будущем. Опыт работы — не обязательно. Перспектива карьерного роста. Начинаем с отдела доставки и дальше — вверх по служебной лестнице.
Я ждал в приемной вместе с другими молодыми людьми. Их было пять или шесть. Все исправно пытались казаться честолюбивыми и энергичными. Мы заполнили заявления о приеме на работу и теперь ждали, когда нас вызовут. Меня вызвали самым, последним.
— Мистер Чинаски, почему вы ушли с сортировочной станции?
— Там у меня не было никаких перспектив.
— У железнодорожников хорошие профсоюзы, медицинское страхование, пенсия.
— В моем возрасте до пенсии еще далеко. О ней как-то не думаешь.
— Почему вы приехали в Новый Орлеан?
— У меня слишком много друзей в Лос-Анджелесе.