Шон Харрингтон рассказывает:
– Чем-то это напоминает сталактит. Кровь медленно просачивается внутрь и затвердевает. Потом происходит очередная травма, и отвердевают новые капли крови. Вскоре ухо принимает новую форму. Некоторым борцам кажется, что это свидетельство мужественности, что-то вроде медали за храбрость.
– Я думаю, это действительно медаль за храбрость, – считает Сара Левин. – Вы знаете, что этот человек – борец. Это нечто такое, что делает другого человека равным вам. Связующее звено. Часть повседневной работы. Уши – часть игры. Они суть этого спорта подобно шрамам или боевым ранам.
Питерсен говорит:
– У меня был товарищ по команде, который, прежде чем лечь спать, минут десять трепал себя за ухо – очень уж ему хотелось, чтобы оно у него стало похоже на цветную капусту, как у настоящего профессионала.
– А я себе часто откачивал жидкость, – признается Джо Калавитта. – При помощи шприца. Откачаешь, а оно снова наполняется кровью. Если откачивать жидкость до того момента, как кровь подсохнет, то ухо не распухает. Можно попросить врача, но, поскольку это приходится делать постоянно, лучше иметь собственный шприц и делать все самому.
Питерсен, Гроувс, Харрингтон и Калавитта – все они борцы-любители.
Сара Левин – координатор мужских соревнований Федерации США по борьбе, объединяющей любителей этого вида спорта.
То, что происходит на этой странице – не борьба, а просто авторское описание. В лучшем случае воспринимайте его как открытку, отправленную в жаркий сухой уикэнд из Ватерлоо, штат Айова. Оттуда, откуда поступает мясо. Оттуда, где проводятся отборочные олимпийские соревнования Северного региона. Это первый этап, – и на нем любой желающий за двадцать долларов может попытать счастья на ковре в надежде попасть в Олимпийскую сборную США по классической борьбе.