- Здравствуй, Кнут-Музыкант! - сказал великан. - Что это с тобой случилось? Ты таешь, как сосулька на солнце.
- Что же в этом удивительного, если со вчерашнего дня я не ел ничего, кроме кусочка калёного железа, - ответил Кнут, стуча зубами от холода.
- И всё-таки не следует горячиться, молодой человек, - сказал великан. - Я - снежный король и от всех своих подданных требую хладнокровия. Поэтому-то из них и получаются настоящие снежные шары, крепкие и круглые. И тебя я тоже сделаю круглым, как шар... Эй, Снежное Чучело! Окуни-ка этого мальчишку семь раз в ледяную воду да повесь его на сучок - пусть промёрзнет хорошенько!
- Постойте! - закричал Кнут. - Я и так уже промёрз от головы до пят. Дайте мне лучше кружку парного молока и кусок жареного мяса.
- Слишком ты горяч, слишком горяч!.. Эй, Снежное Чучело! - приказал великан. - Дать этому мальчишке кусок замороженной ртути и кружку лихорадки!
Тут Кнуту и пришёл бы конец, если бы он не вспомнил вдруг о своей дудочке. Кнут поспешно сунул её в рот и стал дуть изо всех сил.
- Тра-ла-ла! Тра-ла-ла! Тра-ла-ла! - заиграла дудочка.
И сразу лицо великана скривилось - не то от злости, не то от смеха. Он был вне себя от ярости, но почему-то ни с того ни с сего ему захотелось смеяться. Смех так и разбирал его. И чем больше он злился, тем громче смеялся. Он так хохотал, так хохотал, что сосульки со звоном посыпались с его волос и бороды. Его прямо трясло от смеха, и в конце концов колени у него подогнулись, а голова скатилась с плеч и разбилась вдребезги.
И все его придворные тоже покатились со смеху и катались до тех пор, пока совсем не развалились.
Даже ледяные зеркала во дворце и те лопались от смеха.
Кнут и сам чуть не смеялся, но всё-таки он играл и играл на своей дудочке, пока весь дворец не превратился в огромный сугроб...