Облачившись в свой задрипезный коричневый свинтер, я легко смешался с долбой в Невильском клубе, который был изрядною дырой. Вскоре я услыхал, как все отгружающие стали говорить что-то вроде: «Кто тут главный?» Внезапно я заметил колоду корней и телиц, сидевших большой кучей прямо на полу. Они курили жмурь, пили одеон и тащились от всего этого на полную катушку. Кто-то из них был всего-то метр от полу, но имел собственный индийский гриб, который отрастил во сне. Дымя и булькая вовсю, они в момент настропалились и принялись отплясывать танец дикого живота, выкидывая неокрасуемые коленца.

Они не обольщали внимания ни на что вокруг. Одна телица всем раздавала пирожки с хлопками, имевшие большой успех. Пораженный и законфученный, я натянул резиновый хлящ, направляясь к двери.

«Будьте любезны, не толкайтесь,» – произнес тухлый голос.

«Что вы о себе воображаете?» – воскликнул я, гордо ушмеляясь.

«Я тут главный,» – произнес голос тухло, но грозно.

«Луна на небе – ах!» – вскричал другой, и началась музыка.

Мимо протанцевал негр, пожиравший банан, или кого-то еще. Я скукожился, надеясь попасться ему на глаза. Он обглазел меня и спросил устало: «Друг или невдруг?»

«Не вдруг,» – воскликнул я и застиг его врасплох.

Робкий

Я робкий, старомодныйСтеснявый я до слезЯ ни к чему не годныйПоверьте, я всерьез.
Я робкий до концов ногтей,И пикнуть не решусьНет у меня совсем друзейИ танцевать боюсь.

Как во джунблях… во дремучих джунблях… сегодня ночует Белючий Охотник.

У изножия его постели Отумба несет строжу, охреняя хозяина от ядовитых несмыкающихся, например от смертоносной хвобры и могутного капитона.

Он и не подозревал, что как раз на следующее утро, как раз с самого браннего позаранка и случится настоящее приключение.

С чашей кончая Отумба разбудил хозяина, и они заправили свой путь в самую гущу джунблей.