Пастух был в сапогах и телогрейке, несмотря на жару. Это я отметила мельком. Потому что это тоже не имело никакого значения. Но надо же было что-то подмечать, думать о чем-то — хоть мельком…

— Ты замужем? — спросил меня пастух.

— Нет, — ответила я, не вдаваясь в подробности.

Так я тебе и сказала, что я вдова с двумя детьми! Чтобы тебя сейчас как ветром сдуло? Нет, эту новость я припрячу на потом. Когда-то же мне надо будет от тебя отделаться! Нет лучше способа отшить навязчивого кавалера, как познакомить его с детьми. Проверено уже не раз!

Ну, а пока — давай, ухаживай за мной!

Подумать только, какие сны снятся моему сынишке. Впрочем, ему уже сорок лет. С гаком…

— Придешь вечером в клуб? — спросил пастух.

И тут я фыркнула. Смешнее он бы ничего не мог спросить. Я представляла по рассказам: клуб — это такая комната, где надо обжиматься под дешевые попсовые хиты, выпив заранее дешевого вина… Там много людей, и все пришли, чтоб вместе обжиматься… Вроде им весело, они мечтают об этом целый день, пока работают…

— Послушай, пожалуйста, — сказал пастух. — Ты не должна смеяться. Это, вот… Я раньше жил в городе… И тебе не должно быть скучно со мной. Я могу любую тему поддержать в разговоре…

Мне вдруг стало стыдно. Захотелось сказать ему сразу про детей. И про то, что ничего у нас не будет. Не там ищет. Мне нравится, как парни ухаживают за мной, но им всегда приходится держать дистанцию. Тем, кто пытается нарушить правила, я сходу сообщаю про детей — и нет проблем. Бывает, правда, что кто-нибудь узнает о моих детях без меня. И тогда у меня наступает миг торжества. Кто-то начинает юлить, пытаясь объяснить, что его что-то во мне больше не устраивает. Устраивало — и перестало. Так бывает. А кто-то и не думает скрывать причин и простодушно говорит, что я обманщица, и надо было сразу его предупредить, что у меня дети. Подразумевается — что он тогда и близко бы не подошел. А я не отвечаю ничего — смотрю в чужое обозленное лицо и меня просто распирает от презрения.