– Да.

– Хотелось бы мне знать…

– Что?

– Сэр, когда вы его найдете – если найдете, – что вы попросите?

– Я… – капитан заколебался, открыл глаза. Кулаки его сжались, разжались. Он минуту размышлял в недоумении, а потом заулыбался странной улыбкой. – Я… я попрошу у него немного мира и покоя. – Он прикоснулся к ракете. – Давно, давно уже я не… не мог расслабиться.

– А вы когда-нибудь пытались, капитан?

– Не понимаю, – сказал капитан Харт.

– Неважно. Прощайте, капитан.

– Прощайте, Мартин.

Команда стояла у входа. Лишь трое решили лететь вместе с Хартом. Семеро оставались здесь, с Мартином.

Капитан Харт оглядел их и выдал свое заключение:

– Глупцы!

Он влез в люк последним, быстро отдал честь, резко рассмеялся. Крышка люка захлопнулась.

Ракета поднялась в небо, подобно огненной колонне.

Мартин смотрел на нее, пока она не скрылась из виду.

На другом конце луга стоял мэр в окружении нескольких сограждан. Он поманил Мартина рукой.

– Улетел, – сказал Мартин, подойдя к мэру.

– Да, улетел, бедняга, – отозвался мэр. – Так и будет лететь, с планеты на планету, неустанно ища, и вечно, вечно будет он опаздывать – на час, на полчаса, на десять минут, на минуту. Наконец, он опоздает всего на несколько секунд. А когда он облетит три сотни миров и ему будет семьдесят или восемьдесят лет, он упустит егона долю секунды, а потом еще на долю секунды. И так и будет лететь, думая, что вот-вот поймает то, что он оставил здесь, на нашей планете, в нашем городе, сейчас…

Мартин смотрел мэру прямо в глаза, и мэр протянул ему руку.

– Да разве можно в нем сомневаться? – Он поманил за собой остальных и повернулся к городу лицом. – Идемте. Нас ждут. Он там.

И они вошли в город.