И действительно, с этого дня на любой из островов обширной цепи моряки сходили без всяких опасений. Островитяне с готовностью указывали им тропинки, приглашали к себе, угощали рыбой и плодами…

Почти ежедневно навещая корабль, предводитель племени о чем-то настойчиво просил капитана. Теперь даже новые подарки не удовлетворяли вожака островитян. Наконец, Коцебу понял его просьбу. Оказывается, по обычаю дружбы, существовавшему на островах, вожак хотел обменяться с командиром «Рюрика» именами. Коцебу охотно согласился. Островитяне звали его теперь «Рарик», а своего предводителя — «Татабу».

В течение непродолжительного времени офицеры и матросы узнали местные названия островов, проливов, деревьев, птиц и рыб.

Однажды Коцебу пригласил островитян на корабль, показал им компас, а затем принялся объяснять, что любое слово может быть записано с помощью букв. Он взял грифель и написал на доске имя своего добровольного проводника: «Лагедиак»… Островитяне с удивлением смотрели на причудливые значки. Командир кликнул с палубы матроса и молча указал на доску:

— Лагедиак… — громко прочитал матрос.

Среди гостей тотчас же произошло смятение. Бледный, с трясущейся челюстью, Лагедиак ждал, что с минуты на минуту превратится в замысловатые значки… Он успокоился лишь тогда, когда командир стёр с доски его имя.

Обрадованный Лагедиак попросил командира изобразить на доске имя своего насмешливого спутника — Лангина. Тот с криком метнулся из каюты и прыгнул за борт.

Не ради забавы, однако, показывал Коцебу островитянам и компас и письмо.