– Вот тебе рыбка, – говорит Жаров. – Где твоя кошелка?

Опустили рыбину на палубу, столпились вокруг нее грузчики, матросы с соседних теплоходов, рассматривают, удивляются. И есть чему: перед нами лежит какое-то удивительное, совершенно необычной формы существо: плоское широкое тело, покрытое упругой шероховатой кожей, маленький рот, в который едва спичечный коробок втиснешь, два плавника, узких и длинных. Один из спины торчит вверх, другой из живота – вниз.

– А где же хвост? – спрашивает кто-то.

– Хвоста у нее вообще нет. Его роль играет задняя часть туловища, поворачивающаяся наподобие судового рулевого пера вправо и влево.

Существо, которое привез из тропиков Виктор, было рыбой-луной. Это очень неповоротливая, медленно плавающая рыба, житель океанических просторов. Питается мелкой рыбешкой, рачками. Она известна в ихтиологии тем, что является самой плодовитой рыбой нашей планеты. Луна-рыба выметывает за один раз до 300 миллионов икринок! Попалась она совершенно случайно: зацепилась спинным плавником за тунцеловный крючок и безропотно дождалась, пока ее не подцепили баграми и не выволокли на палубу.

Немало нам пришлось повозиться с этой громадиной, пока она не заняла свое место в музее. Этот экземпляр – самый крупный из имеющихся в музеях Советского Союза.

Спустя некоторое время после того, как мы укрепили чучело луны-рыбы на металлической подставке, в институте стало известно о том, что готовится новая экспедиция по отысканию районов промысла тунца и по усовершенствованию методов их добычи. Подготовка экспедиции была поручена группе молодых ученых во главе с Жаровым. Он зашел как-то ко мне в музей, внимательно осмотрел коллекцию кораллов, добытую у берегов Северной Африки, а потом достал из кармана и положил на письменный стол яркий султанчик перьев, среди которых притаился блестящий, хищно изогнувшийся крепким стальным телом крючок. Я внимательно рассмотрел интересный предмет: округлая свинцовая головка, два красных стеклянных глаза по бокам, пушистые перья и крючок. Но и он тоже не совсем обычной формы: как будто взяли толстое стальное кольцо, распилили в одном месте и один обпиленый край заточили острым жалом без бородки, а другой чуть сплюснули и просверлили дырку.