Под каблук сапога подвернулся скользкий камень. Инстинкт – падать не учили – заставил выставить локоть, немедля взорвавшийся болью. Факел улетел в сторону, шипит на сырых камнях… Меч выпал из руки, подобрать левой времени нет. Глаза запоздало-заученно уперлись в противника и даже закрыть их напоследок – нет сил. В голове бьется: «Упал, значит, умер».

Противник подскочил – и отшатнулся, перебросил оружие из правой руки в левую. За его спиной выросла фигура титана – голос, однако, принадлежит альгвазилу Эррере.

– Уходите, сударь. И оставьте в покое моего ученика.

– Годится. Прощайте, сеньор диестро. Надеюсь, вы научите своего протеже не только бою, но и осмотрительности.

Тень растворилась в рассвете, спокойные шаги исчезли в тишине города, столь не похожей на портовый шум, что ночью только усиливается, ведь ночь – время ломовых телег…

Санчо протянул руку алькальду, помог встать.

– Цел?

– Да. – И только теперь вспомнил об ушибленном локте, морщится. – Сеньор Эррера… Вы ударили этого человека в спину. Ну, то есть в руку, конечно, но со спины.

Нашел время и место обсуждать вопросы чести! Впрочем, вызова в словах Терновника нет. Только вопрос. Значит, следует просто ответить. Во всяком случае, парень в состоянии говорить, и голос не дрожит – а ведь только что должен был умереть. Или не понимает этого?

– Он стоял ко мне спиной. Это ведь не дуэль. При задержании преступника не до благородства. Запомни: одно предупреждение, потом удар насмерть. В спину, если получится. А если внезапно, совсем хорошо.

– Но вы не убили этого человека. Хотя могли.