— Это мистер Фрайер, штурман, — сказал мне на ухо Кристиан.

— Сумасшедший дом, — продолжал Фрайер. — Слава Богу, завтра вечером отходим. На палубе, внизу повсюду девки. — Он обратился к Кристиану: — Пойдите-ка соберите шлюпочную команду для лейтенанта Блая, несколько трезвых матросов еще осталось — Штурман помолчал и заговорил опять: — В море на военных кораблях дисциплина что надо, но здесь… Единственный трезвый человек внизу — судовой писарь. А врач… Вот и он!

Проследив за взглядом Фрайера, я увидел в люке голову с копной снежно-белых волос. У нашего костоправа была деревянная нога и длинное лошадиное лицо, красное, словно бородка у индюка, даже его затылок, весь в складках, словно черепашья шея, был того же огненно-красного цвета. Его моргающие голубые глазки остановились на штурмане. Держась одной рукой за трап, он приветственно помахал нам полупустой бутылкой бренди.

— Эй, мистер Фрайер! — весело вскричал он. — Вы не видали ботаника Нельсона? Я прописал ему от ревматизма немножко бренди — пора принимать лекарство.

— Он сошел на берег.

— Держу пари, что он спустит немало шиллингов у какого-нибудь портсмутского шарлатана, — с притворным сожалением покачал головой врач. — А здесь на борту» он совершенно бесплатно получил бы совет замечательного медика. К черту всякие лекарства и всю медицину! — Он помахал бутылкой. — Вот лучшее снадобье от всех человеческих недугов. Только бренди!

Взмахнув последний раз бутылкой, наш врач поскакал вниз по трапу. Фрайер несколько секунд смотрел ему вслед, потом тоже спустился вниз. Оставшись один на шумной палубе, я с любопытством огляделся. Рожденный и выросший на западном побережье Англии, я полюбил море с детства, все свое время проводя среди людей, которые разговаривали о кораблях и их качествах, так же как в других местах говорят о лошадях.