Недавно побывал в Мурманске один журналист. Он вышел в море на новом, только что построенном тральщике «Гоголь». Это большое судно океанского типа примерно в полтора раза длиннее описанных в нашей книге и намного выше их. Журналист спустился в подпалубное помещение, туда, где обрабатывается рыба. Там было светло, тепло и сухо, рыба шла по конвейеру; и обрабатывали её девушки в сверкающих белизной халатах. У причалов порта стояли старые тральщики, те самые, которые когда-то казались нам верхом технического совершенства и благоустроенности. Теперь журналист посмотрел на них другими глазами. Они ему показались убогими и некрасивыми: «Они, эти прокопченные работяги моря, грузно сидели в воде; их низкие открытые палубы были загромождены сетями и штабелями досок для рыборазделочных столов».
Да, многое изменилось с тех пор, как герой нашей книги Слюсарев ходил в первый свой рейс. Все прошедшие годы работала неутомимая мысль советских конструкторов, теоретиков и практиков рыбного дела. Там, где сейчас в теплом и сухом помещении работают девушки в белых халатах, там на открытой палубе, за столами-рыбоделами стояли матросы. Свистел ветер, волны перехлестывали через борт и заливали матросов ледяною океанской водой. Работали в пургу, и тогда мокрый снег взметал рыбодел. Работали в мороз, и тогда палуба покрывалась скользкой ледяной коркой.
Теперь матросы уже не надрываются, поднимая трал. Они не обдирают руки, хватая сеть железными крюками, не наваливаются, удерживая сеть на борту, ногами, коленями, всем телом. Лебедка легко поднимает трал, хотя в нем вдесятеро больше рыбы, чем бывало при Слюсареве.
В то время, о котором мы пишем (начало 30-х годов), траловый флот в Баренцевом море, на необжитом пустынном Севере, создавался заново руками большевиков. Нужны были тысячи людей — матросов, капитанов, механиков. На холодный берег Кольского полуострова ехали люди из Одессы и Батуми, из яросл'авских деревень и из Ленинграда. Разные это были люди. Одни мечтали о море, других прельщали хорошие заработки, а некоторые надеялись в суете и неорганизованности вновь создаваемого флота укрыться от наказания за ранее совершенные преступления.