— Куда?

— В Карибское. Работать. Нету песет.

Он кивает, прикидывая протяженность маршрута.

— Такая маленькая лодка. Нет проблем?

— Pequeno barco, pequeno problema. Как бы там ни было, особых проблем пока нет!

Мы с ним смеемся и болтаем, пока я приканчиваю пиво. Затем стреляю последнюю сигарету, перекидываю через плечо сумку с припасами и топаю в сторону набережной.

Меня останавливает пожилой рыбак.

— Ты приходить из Америка? — спрашивает он, вспарывая между тем рыбье брюхо.

Вычистив потроха, перебрасывает рыбину на весы. Одетая в черное женщина тычет в нее пальцем, что-то бормоча себе под нос.

— Да, из Америки. — Интересно, что случилось с ее мужем? Наверное, как и многие другие рыбаки, однажды не вернулся с моря.

— Не может быть! — приговаривает старик. — В такой маленькой лодке? Дурак.

— Она не такая уж маленькая. Для меня это целый дом.

Он складывает руки внизу живота и делает неприличный жест. Я таращу глаза, качаю головой и отшатываюсь, точно в испуге. Оба смеемся разыгранной нами шутке. Женщина вцепляется в руку старика, очевидно, высказывая ему, что тот заломил слишком высокую цену за свою рыбу, и начинается торг — извечный обычай, возведенный в ранг ритуала, как, впрочем, и игра в домино, которой заняты сидящие за складным карточным столиком мужчины на каменистом пляже.

Ночь 29 января выдается ясной. Небо усеяно яркими звездами. Под аккомпанемент повизгивающих блоков я поднимаю паруса и неслышно выскальзываю из гавани. Пробравшись через скопление рыбацких лодок поблизости от входа в порт, направляю «Соло» в сторону Карибского моря. Как же это чудесно — снова оказаться в море!

ОБНАЖЕННЫЕ НЕРВЫ

«Соло» Размеренно бежит на запад под двумя стакселями, поставленными на бабочку.