Ходовой конец линя, соединяющего меня с «Соло», я привязываю к страховочному лееру, проведенному по окружности плота с его внутренней стороны. Потом суетливо начинаю привязывать к этому же лееру все свое снаряжение, но тут вдруг с наветра до меня доносится рокот, заглушающий все прочие звуки. Судя по его непрерывно нарастающей силе, это идет большущая волна. Я замираю, вслушиваясь, как она приближается. Вот внезапный ток воды под днищем… и тишина. Физически ощущаю, как волна вздымается над моей головой. В следующий миг она наваливается на плот, резиновые борта отзываются скрипучим визгом, и сразу же мое жизненное пространство сокращается вдвое: наветренный борт так резко вдавливается внутрь, что я кубарем отлетаю к противоположной стенке. Тент не выдерживает и обрушивается вниз, и меня заливает хлынувшей со всех сторон водой. Энергию толчка еще более усиливает рывок линя, связывающего мой плот с полузатопленной яхтой, которая первой приняла удар. Все, здесь я и погибну. Здесь, откуда до ближайшей суши около 450 миль. Волны раздавят плот, перевернут его вверх дном и превратят меня в хладный труп. Я сгину, но никто обо мне даже не спохватится, пока не пройдут все сроки моего возвращения.
«Соло» может утонуть с минуты на минуту, но я должен проникнуть внутрь.