— Большая неудача, сэр… Товар оказался почти непригодным. Они не переносят морской болезни. Мы везли 850 негров, но 217 из них пришлось выбросить за борт

— Почему же… выбросить за борт?

— Умерли.

— От морской болезни?..

Капитан снова скорбно вздохнул:

— Я не рассчитал запаса пресной воды и провизии. Но какой убыток, сэр! Меня постигло большое горе…

— Все же у вас будет большая выручка, — заметил переводчик.

— А цены? — тоскливо спросил капитан. — Цены ведь сильно упали! Я мог бы получить такую прибыль! Подумайте — 217! Малая ли это потеря?

В тёмных глубоких трюмах корабля вдоль борта были построены ярусы нар, ограждённых прочными решётками. Узкие, тесные клетки надёжно отделялись одна от другой. Невольника заставляли пробираться в клетку через небольшое отверстие, и он находился под замком в течение всей дороги через океан…

Очевидно, для того чтобы потешить гостей, в трюме, едва моряки спустились сюда по скобам трапа, тотчас же появился надсмотрщик. Проходя вдоль нар, он бросал пленникам по початку кукурузы. Это был их суточный паёк. Но не смешно — страшно было видеть измученных узников, умирающих от голода в узких деревянных клетках-гробах…

Другой корабль назывался «Пречистая дева». Капитан его — маленький рыжий человек — оказался очень болтливым. Он сразу же сообщил о себе, что является человеком набожным, религиозным и редко когда расстаётся с молитвенником, который тут же показал. Не ожидая вопросов, он пустился в разглагольствования, размахивая молитвенником и дымя трубкой:

— Вот, извольте видеть: рядом два корабля. На одном погибло 217 негров, на другом — 150. О чем это говорит? О том, что капитаны этих кораблей плохо, очень плохо смотрят за бедными чернокожими. Для них это прежде всего товар. Но если и так, разве товар обязательно должен гибнуть в пути? Для меня негры — не просто товар. Они, правда, язычники, но все же живые существа. У меня погибло только 45 негров!