Он решил нанести этот удар испанскому королю в самом чувствительном месте, перерезав где-нибудь около Панамского перешейка золотую артерию, соединявшую Испанию с россыпями и рудниками Перу и Чили. Он знал, что эти богатства доставляются морем к Панаме, затем перевозятся на мулах через перешеек и из Номбре де Диос или Портобелло — городов, лежащих в нескольких десятках верст к востоку от современного канала, — доставляются по Атлантике в Испанию. В эту «житницу, где собирают урожай перуанского и мексиканского золота, в Номбре де Диос, Дрейк и забрался было, подкравшись на своих пинассах с горстью головорезов ночью, когда все спали. И если нападение не имело успеха, то, как рассказывает испанский источник, только по непредвиденной случайности; горнист был убит, сигнал в нужный момент не был дан, подмога вовремя не подоспела — и пришлось отступать.

Тогда Дрейк составил другой план. В окрестностях Номбре он захватил корабль, грузившийся мачтовым лесом. Среди экипажа были негры. Дрейк освободил их и дал возможность бежать в леса, где скрывалось немало таких беглецов с плантаций, носивших название маронов. Он приобрел в них друзей, которые были проникнуты ненавистью к испанцам и готовы были помочь ему. Они повели его чрез горы и девственные леса к той дороге, по которой обыкновенно двигались золотые караваны на мулах. Они же служили ему и разведчиками, они же указали и на близость другого моря. Блуждая по лесу и подстерегая добычу, Дрейк по их совету влез на высокое дерево и с его верхушки увидел оба океана, расстилавшихся на бесконечное пространство, насколько глаз хватал, по обе стороны узкой полоски земли, на которой он находился. Он глядел жадными глазами на Великий океан, на котором не бывал еще ни один английский корабль, и, как раньше один португальский путешественник, дал себе клятву, что настанет день, когда и он проведет по этому беспредельному водному простору свою борозду.