Европейцы казались ему странными людьми. Почему, недоумевал он, их так безудержно влечет к золоту, к богатству? Почему тамошние католики и протестанты так ненавидят друг друга? Уж коль у них один на всех небесный дурак, то зачем же его делить между собой?

Для фрис-чедцев золото было всего лишь металлом, на который они обменивали в поселениях Карибских пиратов нужные товары. Порох, свинец, оружие, парусину, такелаж — то, что соседи, в свою очередь, с избытком награбили сами. Всего этого на острове и так хватало. Но Фил опасался, вдруг испанцам придет в голову надолго блокировать все подходы к острову, и потому запасался военным и корабельным снаряжением впрок.

Пшеницу, скот, соль, вино, ром, строительные материалы и инструменты обменивали в испанских городках на материке — на сахар и кожи, которые до этого перехватывали около Кубы, грабя там торговые парусники. Обмен происходил просто и скучно Скучно, потому что пираты заранее знали, что застигнутый врасплох испанский комендант уныло прокричит им с берега:

— Указом его королевского величества нам запрещено торговать со всеми, кто не является подданными его величества!

А испанские коменданты, в свою очередь, заранее знали, что пираты ответят:

— А мы на ваше его величество начхать хотели! Или давайте меняться, пока мы в настроении, или сейчас откроем огонь из пушек по вашим хибарам!

«И силой оружия они вынудили нас согласиться на обмен, который, однако же, был произведен, честно и без обмана», — так писали потом коменданты в своих рапортах губернатору. Это было чистой правдой. Обмен производился спокойно и ко всеобщему удовольствию.

Во время таких мирных, торговых рейсов пираты применяли оружие крайне редко, только когда уж очень припрет. Поугрожать — да, это надо, это входит в правила игры, а вот стрелять ни к чему. Торговля — это не война, торгуя, убивать невыгодно, иначе в другой раз, придя в это же место с товарами, останешься с носом.