Лоцман Краббе что-то скомандовал на руль. Капитан не расслышал английскую команду и потому приглушил звук радиостанции.

Рулевой монотонно повторил за лоцманом: «Тен ту нот!» (руль десять градусов влево). Они начинали поворачивать не вправо, в пролив Боундари, а влево, в канал Свонсон.

– Мистер пайлот, правильно ли вы поворачиваете влево? – громко спросил Хаустов.

– Да, капитан, я правильно поворачиваю влево, – сказал Краббе.

– Вы уверены, что здесь нужно поворачивать влево? – переспросил капитан.

– Да, да, не волнуйтесь, капитан, я собираюсь пройти проливом Актив Пасс. Прямо руль!

– Руль прямо! – повторил рулевой.

– Прошу вас к карте, – сказал капитан лоцману.

Карта «Тихий океан, побережье Северной Америки, от пролива Хуан-де-Фука до пролива Джорджия» была масштаба 1:100000.

– Почему вы решили вести нас более узким и извилистым проливом, мистер пайлот?

– Это наиболее удобный путь, капитан, в порт Ванкувер в это время года и обычный путь следования для судов нашего тоннажа.

– Штурман, подробную карту пролива Актив Пасс! – приказал капитан, вернувшись в ходовую рубку.

Каждую минуту «Сергей Есенин» на полном маневренном ходу проходил 518 метров.

– Есть, Николай Гаврилович!

– Сколько на румбе?

– Триста тридцать! – доложил рулевой.

– Карты пролива Актив Пасс масштабом менее один к ста тысячам у нас нет, Николай Гаврилович, – доложил вахтенный штурман.

Карты этого района вообще отсутствуют в наших каталогах – в СССР они не издавались.

– Я здесь первый раз. Скажите, на вашей памяти «Есенин» ходил проливом Актив Пасс? – спросил капитан у третьего штурмана.

– Не помню… может, и ходил, только свою вахту помнишь… Следы прокладки вроде заметны на путевой карте, – ответил третий.

– Мистер пайлот, у меня нет крупномасштабной карты пролива Актив Пасс, – сказал капитан.

Нет такого судоводителя, который внутренне не будет некоторое время сопротивляться изменению маршрута, застолбленного уже ранее предварительной прокладкой.