— Дизель-электрическим генератором, — сказал я. — У него были запасные батареи на никелевых элементах. Может, он бережет их на случай крайней необходимости. К тому же у них есть и ручной генератор, правда, не такой мощный.

— Откуда вы знаете про источник энергии? — бесстрастно спросил Хансен.

— Наверное, вычитал где-то.

— Ну-ну, вычитал… — он бросил на меня невозмутимый взгляд, затем вернулся к газете:

«В сообщении из Москвы, — продолжил он, — говорится, что около двадцати часов назад из Мурманска вышел атомный ледокол «Двина», самый мощный в мире, и сейчас он идет на большой скорости прямым курсом к полярным льдам. Однако специалисты не надеются на успех, поскольку в это время года отдельные массы плавучего льда уже спрессовались в сплошное ледовое поле, непреодолимое даже для такого ледокола, как «Двина».

Единственная слабая надежда на спасение для оставшихся в живых — подводная лодка «Дельфин». Но, судя по всему, шансы на успешный результат у спасательной экспедиции явно невелики. Маловероятно, что «Дельфину» удастся пройти несколько сот миль под сплошным ледовым полем, равно, как и то, что он сможет пробить лед в нужном месте, даже если будет установлено точное место нахождения оставшихся в живых людей. Тем не менее, вполне очевидно, что единственное в мире судно, способное пробиться в заданный район, — это «Дельфин», гордость американского атомного подводного флота».

Хансен прервался и некоторое время читал про себя. Затем он сказал:

— Вот и все. Дальше идет подробное описание «Дельфина» — это мы и сами знаем. И куча всякой забавной дребедени, типа того, что команда «Дельфина» — цвет элиты американского военно-морского флота.

Роулингс, похоже, остался недоволен Забрински, белый медведь с красной мордой осклабился, ловко извлек из кармана пачку сигарет пустил по кругу. Потом, посерьезнев, он сказал: