Кораблей в наличии было мало. Старому маркизу предстояло зафрахтовать суда по всей Европе, найти для них паруса, канаты и снаряжение. Ему предстояло купить, одолжить или отлить новые пушки, раздобыть порох и ядра, мушкетоны, аркебузы и мушкеты, порох и свинец для пуль. Предстояло набрать в войско тысячи людей, найти для их прокорма горы провианта – сухари, солонину, сушеную рыбу и добрые бочки из выдержанного дерева для тары. Все это, не считая армии герцога, должно было обойтись королю дорого. Очень дорого.

Между тем со времен Карла V, разорившегося на мечте построить всемирную империю, потока золота и серебра, устремлявшегося, подобно Гольфстриму, из Америки в Испанию, не хватало для грандиозных замыслов.

Испания превратилась в перевалочный пункт американского золота: оно не оседало в стране, а лишь обогащало мануфактуры развитых соседей Испании. Не раз случалось королю закладывать свои золотые флоты на несколько лет вперед немецким и итальянским банкирам, а должности генералов, адмиралов и офицеров продавать на два года тем, кто мог больше за них заплатить.

Естественно, что взоры защитника веры обратились к наместнику Христа на земле. Кому, как не папе римскому, надлежало поддержать новый крестовый поход?

Отношения католической Испании с Римом всегда были особыми. Карл V воевал с папой Клементом VII, желавшим (в союзе с Франциском I, в свою очередь состоявшим в альянсе с турками) отнять у него Бургундию, Милан, Геную и Неаполь. В 1527 году победоносная армия императора разграбила Рим.

Сын Карла Филипп в первые годы царствования тоже затеял войну, на сей раз против папы Павла IV. Причина? Павел IV, обложенный со всех сторон владениями защитника веры, вступил в союз с Генрихом II Французским, чтобы попытаться отнять у Испании Неаполь.