Подходит катер, снимает арабов-швартовщиков, канальный лоцман заменяется морским.

Немного погодя проходим мысок с памятным обелиском, у подножия застыли два каменных нубийских льва. Это южная граница канала. Трудный переход позади!

Свыше суток идем Суэцким заливом. Африка — низменные, прерываемые холмами берега с цепью темных гор вдали. Азия — берега Синайского полуострова здесь тоже низменные, с горными хребтами в глубине, светлых тонов, совершенно лишенные растительности. Местами светлые горы подходят вплотную к берегам. Над всем возвышается седая вершина горы Синай. Кажется, она колеблется в синем мареве. Синай! Вспоминается библейская легенда о Моисее и заповедях на скрижалях

Под вечер нас обгоняет «Одесса» — спешит домой! Разговариваю с капитаном Палехой. Вспоминаем, как несколько лет назад в Арктике лежали в дрейфе во льдах в ожидании улучшения ледовой обстановки и, заметив на льдинах белого медведя, гонялись за ним, к счастью для мишки, безуспешно. Очень освежающий разговор в красноморскую жару…

Навстречу проходит старенький египетский пассажир, битком набитый солдатами. Это возвращается смена из Йемена. Там египетские войска по договору поддерживают прогрессивный режим.

Команда занимается подготовкой к уже близким тропикам. Под руководством старпома Махетова на стапель-палубе сооружается купальный бассейн. Трудно даже описать, сколько он потом доставил удовольствия и радости экипажу. В нем плескались, плавали по кругу, даже устраивали соревнования по плаванию и нырянию, тренировались аквалангисты. Даже с «Устилуга» и «Стремительного», когда выдавалась возможность, перебирались к нам в бассейн.

Натянули тенты там, где ранее их не было, боремся за тень. В кормовой части правой башни дока под большим тентом устраиваются временные койки.