А затем, опустившись на колени, этот убежденный атеист обратил лицо к небесам и слабым голосом, но с пылкостью, свойственной попавшим в беду, стал молиться Богу, которого всю жизнь отрицал. Он молился о сохранении жизни малого дитя, оказавшегося под его опекой, о спасении столь необходимой малютке матери. Он просил послать ему еще немного сил и мужества, чтобы выполнить свой долг как подобает и содействовать воссоединению двух дорогих ему людей. Гордость не позволила ему попросить в молитве чего-то сверх этого, чего-то для себя. Едва он успел закончить и поднялся, из-за ледяного утеса справа от него выдвинулся кливер

Забыв о боли, Роуланд бросился к костру и подбросил в него дров. Он кричал что было сил, охваченный безумным волнением:

— Эй, на барке! Эй!.. Мы здесь!

Низкое ответное гудение сигнального ревуна был знаком, что его зов услышали.

— Просыпайся, малышка! — Роуланд схватил ребенка. — Просыпайся, мы уплываем отсюда!

— Мы идем к маме? — спокойно спросила девочка.

— Да, мы идем к твоей маме, — твердо сказал он, а потом вполголоса добавил, — если, конечно, и эта часть моей молитвы услышана...

А спустя четверть часа, наблюдая за тем, как к льдине причаливает белая шлюпка, он пробормотал:

— При таком ветре корабль и айсберг разделяло не больше мили, когда я начал молиться... Что мне теперь думать об этом? Можно или нет считать это знаком, что моя просьба была услышана?.. И что с Мирой?.. Могу ли я быть уверен, что она спасена, что она в безопасности?..

10

На первом этаже Королевской лондонской биржи есть большой зал, уставленный многочисленными столами. В зале этом всегда людно — у столов постоянно суетятся и шумят брокеры, клерки и посыльные. Стены коридоров, ведущих в примыкающие к залу комнаты и офисы, увешаны специальными досками, предназначенными для ежедневных бюллетеней морских происшествий и катастроф.