— Откуда же мне знать, — засмеялась Оля, — я и не думала, что варианты повторяются!

Маша не стала спорить, она изначально не поверила, что Мичурина просто так от нечего делать с ней пройтись захотела.

— Ну так что, Маш, ты мне принесешь матешку?

— Ага.

— Спасибо, ты прелесть! — Оля послала ей воздушный поцелуй и тут же прибавила: — Только приди пораньше, чтоб я успела переписать!

— Хорошо.

— Ну я побегу, а то замерзла совсем, да еще столько дел, ничего не успеваю, мамке нужно помочь, с бабушкой обещала сходить за пенсией…

— Не объясняй, иди, я еще тут побуду, — спокойно сказала Маша, видя, как однокласснице не терпится отделаться.

— Значит, завтра за час до первого урока?! — уточнила Оля.

— Да.

Мичурина, громко стуча каблучками, унеслась к возвышающейся неподалеку новостройке, куда недавно перевез семью обеспеченный папочка, а Маша осталась сидеть на корточках возле мусорных баков.

— Нет у меня ничего больше, Мусенька, — пробормотала Маша, поглаживая кошку, просительно заглядывающую в глаза.

Она еще немного посидела с кошкой и пошла домой. Недалеко от подъезда в компании мальчишек и девчонок Маша заметила сестру. Одетая в голубой короткий лакированный плащ, обтягивающие капри, сапожки на каблуке, Саша шла под ручку с каким-то парнем. Ее распущенные рыжие волосы трепал ветер, но она как будто этого не замечала. Сестра сама выбрала для себя школу, подальше от школы Маши с углубленным английским языком и усиленной математикой. Родителям идея отправлять их в разные школы не понравилась, но в конце концов они смирились. Мало кто поверил бы, глядя на близняшек, что они живут как кошка с собакой и даже хуже.

Маша окликнула сестру, но та сделала вид, словно ее не заметила. Подходить к шумной компании Маше не хотелось, поэтому она сразу вошла в подъезд. Их семья жила на пятом этаже в трехкомнатной квартире. У сестер была своя спальня, но вместе в одной комнате они не прожили и четырех лет. Саша истрепала родителям все нервы, чтобы ее поселили в отдельную, и в конце концов добилась своего. Мама с папой переехали в большую комнату, а дочери уступили свою — маленькую комнатку с балконом, выходящим на солнечную сторону.