— Я пойду… — Он уже переступил через порог, когда из комнаты сподобилась выйти Саша.

— Эй, а ты что тут делаешь?

Парень обернулся.

— Да вот, часы твои принес.

Сестра вырвала у Маши из рук часы и насмешливо протянула:

— Какая любезность, Миша, с чего бы это вдруг? Клеишься, что ли… — она громко рассмеялась и прибавила: — Шансы нулевые, поверь мне!

Маша заметила, как на переносице парня появилась морщинка, и искренне пожалела его, уж она-то знала, как Саша умела бить словами. Но Миша ее изумил, он лишь пожал плечом и ровно произнес:

— Шансы могут быть нулевыми или еще какими-то только у тех, кому они нужны, а мне до звезды, поверь.

Он ушел, а сестра захлопнула дверь и прошипела:

— Ну, чего уставилась, интересно очень… уши развесила. Да этот Шаравин никто в нашей школе. Полный ноль! Дебил, никому вообще не нравится. Влюблен в меня с первого класса… да он у меня на побегушках! — Саша покрутила у нее перед носом часики со стразами. — Видала, прибежал, как собачонка. Учись, пока я добрая, как парней нужно строить, а то так и помрешь не целованной!

Сестра ушла на кухню, а Маша забрала рюкзак с книжками и закрылась в своей комнате. Она собиралась сделать уроки или почитать что-нибудь интересное. Полки в шкафу ломились от книг о животных, приключениях, первой любви, от сказок с красивыми картинками, за которые ее постоянно высмеивала сестра. Маша отдернула тюль, чтобы запустить в мрачную комнатушку больше света и заметила во дворе компанию. Возле качелей собрались многие ее одноклассники и одноклассницы. Среди них она заметила Мичурину Ольгу, совсем недавно спешившую домой помогать маме. Она не дрожала от холода в расстегнутой куртке, да и бабушки, которую нужно было проводить за пенсией, нигде не наблюдалось. Маша в сердцах задернула занавеску. Она знала таких, как Ольга, зазнаек, которые готовы на все, лишь бы сделали, как им хочется, ведь с одной такой она жила вот уже тринадцать лет, но на душе стало нехорошо, словно кто-то царапнул, там — внутри.