Зима в Хида длится долго. Осенью рано выпадает снег, а весной, даже в апреле, земли еще не видно.

Так вот, в одной деревне жил крестьянин по имени Кинъэмон. Перед его домом протекала река, и вода в ней была настолько прозрачной, что можно было пересчитать все мелкие камешки на дне.

Над рекой висел мост, и если перейти этот мост, подняться по дороге наверх, а затем перевалить через гору, то попадешь в соседнюю деревню. Днем по этой дороге проходило множество разного люда: крестьяне с повозками, извозчики с лошадьми, торговцы. Но как только наступала ночь, становилось тихо-тихо, и лишь изредка можно было услышать чьи-то шаги.

Это случилось как-то раз вечером.

Как обычно, вся семья Кинъэмона собралась вокруг очага, мужчины плели сандалии - "варадзи", а женщины занимались шитьем.

"Стук-стук-стук-стук", - со стороны моста послышались шаги.

- Кого это несет в такой час? - с недоумением прошептал Кинъэмон, отложив плетение в сторону.

- Кажется, кто-то идет? - остальные домочадцы тоже прислушались.

Те, кто шли по дороге, должны были направляться либо в соседнюю деревню, либо к дому Кинъэмона.

Кроме шагов, теперь слышались еще тихие голоса. Кинъэмон встал, открыл дверь и прокричал:

- Кто там? Идете по срочному делу через перевал?

Снаружи была непроглядная тьма, ни единой звездочки. И хотя по-прежнему доносились звуки голосов, никого видно не было. Кинъэмона пробрала дрожь, он переглянулся с домашними, но вот и голоса, и шаги стихли, словно бы их проглотила темнота.

Следующим вечером в тот же самый час вновь раздался стук шагов на мосту и тихие-тихие голоса. От ужаса вся семья словно заледенела.

С тех пор, как только наступал вечер, слышались голоса и шаги, кто-то пересекал мост и поднимался вверх на гору. Звуки раздавались чуть слышно, и казалось, что это невидимки переговариваются между собой.