"О lac!, l'annee a peine a fini sa carriere,

Et, pres des flots cheris qu elle devait revoir,

Regarde!, je viens seui m'asseoir sur cette pierre

Ou tu la vis s'asseoir!"[10]

Именно такова и романтическая музыка - сентиментальные общие места, нежащие слух мирного коммерсанта, муниципального служащего, добродетельного профессора и всех барышень de comptoir.

II

Все мои упреки романтической музыке в целом не значат, что я недооцениваю романтизм. Я тем более далек от такого взгляда потому, что эта бурная духовная революция всегда казалась мне одной из самых славных и героических авантюр в истории. До романтиков чувства, которые часто называли "страстями", "pathos", то есть "аффектами", обычно приводили человека к патологии, в лечебницу для душевнобольных, в исповедальню или даже прямой дорогой в ад. В круге втором, по Данте, обитают души, обуреваемые страстями, те,

"que la raggion somettono al talento"[11],

причем под "вожделениями" подразумеваются все те же чувства. И вот, наказанные за свою одержимость, увлекаемые неистовым черным вихрем, проносятся перед нами вечной чередой страстные души, и "как скворцов уносят их крыла, в дни холода..."[12] И вот тут-то и проявляется глубоко укоренившийся в каждом из нас романтик: когда мы видим, как Паоло и Франческа, словно две сцепившиеся крыльями черные птицы, ломано кружат в смятенном, сумрачном воздухе, их пылкая одержимость сообщается нам, и мы стремимся вслед их роковому полету, и порывы адского вихря хлещут нас по лицу. Так охваченные воинственным пылом мальчишки, заслышав звуки полкового оркестра, готовы тут же примкнуть к чеканящим шаг рядам.

Романтизм выпустил на волю обитавшие в нас чувства. Благодаря тому, что чувства наконец получили свои права, в литературе начиная с 1800 года проявились два замечательных качества, раньше полностью отсутствовавшие, цвет и тепло.