- Вероятно, они держали в ваннах уголь? - отважился вставить Джон, заискивающе засмеявшись. - Мистер Шнлицер-Мэрфи рассказывал мне, что однажды он...

- Полагаю, что мнения мистера Шнлицера-Мэрфи не представляют большого интереса, - прервал его Брэддок Вашингтон ледяным тоном. - Мои рабы не держали там уголь. Им было приказано принимать ванну каждый день, и они повиновались. Если бы они этого не делали, я мог бы назначить шампунь из серной кислоты. Я отменил ванны по совсем иной причине. Несколько негров простудились и умерли. Для некоторых рас вода вредна - она годится для них только как напиток.

Джон засмеялся, а потом решил рассудительно кивнуть в знак согласия. В присутствии Брэддока Вашингтона ему становилось не по себе.

- Все эти негры - потомки тех, кого мой отец привез с собой на Север. Теперь их около двухсот пятидесяти. Вы замечаете, они так долго жили вдали от мира, что их первоначальный диалект превратился в почти неразборчивый особый язык. Нескольких из них мы с детства обучали английскому - моего секретаря и еще кое-кого из домашних слуг. А это площадка для гольфа, продолжал он, когда они ступили на бархатистую траву. - Как видите, идеальный луг - никаких неровностей, выбоин, помех.

Он любезно улыбнулся Джону.

- Много народу в клетке, отец? - спросил вдруг Перси.

Брэддок Вашингтон споткнулся и непроизвольно выбранился.

- На одного меньше, чем нужно, - хмуро сказал он и потом добавил: - У нас были кое-какие неприятности.

- Мама мне говорила, - подхватил Перси, - что итальянский учитель...

- Роковая ошибка, - недовольно отозвался Брэддок Вашингтон. - Конечно, вполне вероятно, что нам удастся схватить его. Возможно, он погиб в лесу или свалился с утеса. И потом всегда есть шанс, что если он и выбрался, то россказням никто не поверит. Как бы то ни было, мною наняты двадцать пять человек, которые ищут его в ближайших городах.