При падении с головы у Теобальда свалилась шляпа. Он попытался было отыскать ее на ощупь и обнаружил в стороне под потолком оконце, откуда просачивался тусклый свет и слышались шаги. Да ведь окошко выходит на улицу! Теобальд рванулся туда.
– Стоять на месте! – раздался в темноте чей-то голос. – Если надумали звать на помощь, я мигом сгоняю за ближайшим постовым.
Пришлось притормозить.
3
– Кто здесь?
– Не ваше дело!
– Почему меня схватили?
– Чтобы привести сюда.
– Для чего было сковывать руки?
– Чтобы не вздумали пускать их в ход. Кстати, это всего лишь психологическое воздействие. Наручники не защелкнуты. Чуть потяни, и они спадут.
Вот это да! Стоило слегка пошевелить руками, и стальные браслеты свалились, словно развязанный бант. Такова суггестивная мощь закона: человек скован уже самим чувством своего бессилия перед ним!
Невидимый собеседник умолк. Теобальд попытался было приблизиться к нему, но схлопотал такую затрещину, что кубарем отлетел к груде ящиков в дальнем углу.
Какую еще пакость замыслили против него?
Бывают же в жизни дурацкие ситуации! Он, Теобальд Неудачник XIII, стал жертвой несправедливости, его личная свобода ограничена, ему нанесены телесные повреждения… Кстати, этот мерзкий тип потом за все поплатится. Но почему можно измываться над человеком, запирать его в подвале, а он сиди и не пикни, хотя первый попавшийся полицейский услышал бы его крики. Любой на его месте надрывался бы во всю мочь, а он молчи. Надо бы ввести закон, думал он, скорчившись на полу, чтобы преступников наказывали только за их деяния. Чтобы полицейский, высвободивший его отсюда, тотчас же не потащил безвинную жертву в участок. Но поскольку такого закона не существовало, Теобальд решил вздремнуть и принялся нащупывать среди ящиков местечко, где бы ему прилечь.