Пейнтер. Благодарю вас, мэм.

Клер. Мой экипаж раздавил собаку. Из-за этого пришлось задержаться.

Пейнтер. Да, мэм, конечно, если...

Клер. Спокойной ночи.

Пейнтер. Может быть, вы съели бы хоть что-нибудь?

Клер. Нет, нет, спасибо.

Пейнтер. Понимаю, мэм. Спокойной ночи. (Уходит.)

Джордж. Какого черта ты придумала эту нелепую историю с собакой? Последний дурак и тот ей не поверит. Глупо! (Подходит к ней.) Ну что, довольна собой сегодня?

Клер качает головой.

В присутствии этого Мейлиза, словно недостаточно того, что ты осрамила меня перед родными.

Клер. Ну зачем терзать меня? Я сознаю, что дурно вела себя, но я действительно ничего не могла с собой поделать.

Джордж. И потому вела себя словно какая-нибудь продавщица? Подумать только, что нас воспитывали в одинаковых правилах!

Клер. Увы!

Джордж. Показать перед посторонними, что мы не ладим... Да это просто отвратительно.

Клер. Может быть.

Джордж. Тогда зачем же ты так делаешь? Я ведь держусь. А ты... Почему ты не ведешь себя как нормальный человек?

Клер. Прости, я виновата.

Джордж (с неподдельным чувством). Тебе просто нравится ставить меня в дурацкое положение.

Клер. Нет, уверяю тебя. Но иной раз я не могу сдержаться.

Джордж. Есть вещи, которых делать нельзя.

Клер. Я же вернулась, когда пришли гости.

Джордж. Чтобы тут же опять выкинуть новый фокус? Тебе, видно, доставляет удовольствие ссориться.

Клер. Как тебе мириться!

Джордж. Ради бога, оставь этот циничный тон!

Клер. А правда? Ее побоку?

Джордж. Ты забываешь, что ты моя жена.

Клер. "И двое да будут единой плотью, единой душой!" Да?

Джордж. Перестань молоть вздор.

Пауза.

Клер (тихо). Когда прислуга не удовлетворяет хозяина, ей дают расчет.