— Это был семифутовый барабан!
— Ну, так добудьте такой для Линкольна и увидите, что у вас получится.
— Да я правую руку за него бы отдал! — сказал мистер Гельмгольтц, забывая, о чем шла речь, и помня только свою всепоглощающую мечту.
Пламмер помешкал на пороге.
— Вроде того, с каким выходят на парады «Рыцари Кандагара»?
— В точку! — Перед глазами мистера Гельмгольтца замаячил гигантский барабан «Рыцарей Кандагара», непременный атрибут любого местного парада. Он попытался представить его себе с пантерой школы Линкольна на боку. — Как раз то, что надо!
К тому времени, когда руководитель оркестра вернулся на землю, Пламмер уже оседлал велосипед.
Мистер Гельмгольц открыл было рот окликнуть Пламмера, вернуть его и сказать напрямик, что у него нет ни малейшего шанса когда-либо выбраться из «В», что он никогда не поймет, что цель оркестра издавать не звуки вообще, а особые звуки. Но Пламмер уже был таков.
Получив временную передышку до следующего дня проб, мистер Гельмгольтц сел насладиться вечерней газетой, где прочел, что добропорядочный казначей «Рыцарей Кандагара» исчез с капиталами организации, оставив по себе неоплаченные счета за последние полтора года.
«Мы выплатим все до цента, даже если придется распродать имущество ложи. Разумеется, кроме Священного Скипетра, — заявил верховный гофмейстер внутреннего храма».
Мистер Гельмгольц не знал ни одного из вышеупомянутых лиц, он зевнул и перелистнул на раздел комиксов. Потом охнул и вернулся к первой странице. Он нашел номер в телефонном справочнике и позвонил.
— Пи-пи-пи-пи, — раздался у него в ухе сигнал «занято».
Он уронил трубку на рычаг. Сотни людей, думал он, пытаются, наверное, в этот самый момент связаться с верховным гофмейстером внутреннего храма «Рыцарей Кандагара». Он возвел очи к осыпающемуся потолку: пусть, взмолился он, никому не понадобится по дешевке возимый на тележке барабан.