Сигелиус. Успокоить? А чем ее успокоить? Болезнь, видите ли, очень тяжелая и ширится, как лавина... Правда, все клиники мира лихорадочно ищут средство, но... (пожимает плечами) пока что наука бессильна. Напишите в своей газете, что при первых признаках болезни каждый должен обратиться к своему врачу, вот и все.
Репортер. А врач?
Сигелиус. Врач пропишет мазь. Бедным - марганцовую, богатым перуанский бальзам...
Репортер. И это помогает?
Сигелиус. Да... против дурного запаха, когда откроются язвы. Это вторая стадия болезни.
Репортер. А третья?
Сигелиус. А в третьей помогает морфий, молодой человек. Только морфий. И довольно об этом, а? Гнусная болезнь.
Репортер. И она... очень заразительна?
Сигелиус (лекторским тоном). Да как сказать... Возбудитель болезни не найден. Известно только, что она распространяется с необычной быстротой. Далее, что ей не подвержено ни одно животное и что ее невозможно привить даже человеку... во всяком случае молодому человеческому организму. Этот прекрасный опыт произвел над собой доктор Хирота в Токио. Да, мы воюем, друг мой, воюем, но с неизвестным противником. Можете написать, что моя клиника уже третий год изучает это заболевание. Мы опубликовали о нем изрядное количество научных статей, которые обильно и сочувственно цитируются в специальной литературе. (Звонит.) Пока что удалось с несомненностью установить... К сожалению, в моем распоряжении всего три минуты...
Сестра (входит). Что угодно, господин советник?
Сигелиус. Подберите для господина журналиста печатные труды нашей клиники.
Сестра. Слушаю.
Сигелиус. Можете упомянуть о них в своей статье, мой юный друг. На публику успокоительно подействует сообщение о том, что мы усиленно боремся с так называемой пекинской проказой. Мы, разумеется, не называем ее проказой. Проказа, или лепра, - кожное заболевание, тогда как наша болезньчисто внутренняя. Коллеги из кожной клиники претендуют, правда, на монопольное право объяснять эту болезнь... ну не будем об этом. Наша болезнь, сударь, это не какая-нибудь чесотка. Можете успокоить публику - о проказе здесь нет и речи. Куда там проказе против нашей болезни!