На поляне, словно на кладбище, царила мёртвая тишина; и вот — взору открывалась жуткая картина. В центре поляны догорал заброшенный костер; рядом лежала огромная туша животного, над которой уже кружились черные стервятники.

Хищники то и дело устремляли взгляды в сторону деревьев. Там на одной из веток болталась широкая черная шкура; однако еще кое-что привлекало особое внимание птиц: среди ветвей висело тело человека!

Еще совсем недавно оно совершало судорожные движения, вот почему птицы пока не решались приблизиться и начать свое кровавое пиршество.

Но теперь уже это тело висело неподвижно, и птицы могли безбоязненно сократить расстояние; ни звука, способного отпугнуть крылатых демонов, не слетало с побледневших губ. Очевидно, что человек этот был мертв. Девушка, бросившаяся к нему из зарослей, и старик, потрясенный увиденным, — оба отчаянно закричали, но все это не возымело никакого действия.

Приблизившись к месту трагедии, они принялись тормошить тело юноши, громко звать его по имени — но по-прежнему не было никакой реакции.

— Бедный Пьер! О, отец! Они повесили его — он мертв, мертв!

— Погоди, дочка! Может быть, еще нет! — отвечал старик и без промедления приступил к спасению сына своего старого друга. Прежде всего он схватил горизонтальные ветки и с силой пригнул их к земле, тем самым ослабив натяжение веревки.

— Живо, девочка! Стань здесь, под ним. Ну-ка, возьми у меня эти ветки и крепко держи их, изо всех сил нагибая вниз. Я должен достать нож и забраться наверх, чтобы перерезать эту проклятую веревку. Вот, возьми! Держи крепче!

Молодая девушка подошла и, как указал ей старый охотник, схватила горизонтальные ветки. Удерживать их в согнутом состоянии — непростое дело, даже для девушки, выросшей в диком лесу. Но она справилась: пригибая ветки изо всех сил, поддерживала она своего мёртвого (как с ужасом думала) друга. Сердце несчастной разрывалось: она видела, что тело уже ни на что не реагирует, даже на тряску.