— Верно, это для нас единственная возможность избежать неприятностей, — согласились остальные.

— Тогда поехали. Мы не должны терять ни минуты. Девушка может вернуться и увидеть, что с ним стало, или сам старый Рук может пожаловать, или кто-то еще пройдёт по тропинке. Поехали!

— Стойте! — воскликнул Рэндалл. — Нужно кое-что сделать, пока какая-нибудь случайность нас не разъединила.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы все сейчас замешаны в этом грязном деле — мы все в одной лодке! Не имеет значения, кто из нас задумал все это и кто набросил веревку. Все согласны с этим, не так ли?

— Да, все согласны. Я подтверждаю.

— И я.

— И я.

Все шестеро дали согласие, и это говорило о том, что все они действительно хотели бы выпутаться из сложного положения и не намерены искать правых и виноватых.

— Хорошо, — продолжил Рэндалл, — тогда мы должны быть честными друг перед другом. Мы должны поклясться в этом, и именно сейчас, перед тем, как двигаться дальше. Я предлагаю, чтобы все мы принесли клятву.

— Мы сделаем это. Ты, Рэндалл, произноси слова клятвы, и мы будем повторять их за тобой.

— Разверните тогда лошадей так, чтобы мы оказались лицом друг к другу.

Лошади были поставлены в круг, голова к голове, так, что их удила почти соприкасались.

Рэндалл произнёс клятву, и остальные повторили за ним:

— Мы клянемся, все и каждый из нас, хранить секрет смерти метиса-индейца, которого зовут Чак, не раскрывая его ни словом и ни действием, клянемся никогда не разглашать обстоятельства, приведшие к его смерти, в суде перед лицом закона; наконец, клянемся друг перед другом свято соблюдать эту клятву вплоть до нашей смерти. Клянемся, да поможет нам Б-г!