Последние аккорды Кары, завершающий удар по тарелкам от Хай Лин.
«Ух ты! — подумала я. — Вот, значит, как себя чувствуешь, когда три тысячи зрителей дружно хлопают тебе в ладоши!»
Мигнул свет. Платформа скользнула назад.
«О, не надо, — подумала я. — Можно постоять здесь еще немного? Ну можно?»
По конферансье уже объявлял следующий номер. Все кончилось. Всего три с половиной минуты.
— Здорово! — воскликнула Хай Лин, сияя улыбкой до ушей. — Когда мы сможем повторить?
Я стояла, едва переводя дыхание, как будто пробежала целую милю.
— Минут через двадцать, — ответила я. — Если выиграем. А иначе — никогда…
— Не порти настроение, — сказала Фиона, разрушая прическу одним движением влажной от пота руки. — Но если мы победим, если в самом деле выйдем на сцену еще раз… Ирма, не могла бы ты для разнообразия вспомнить слова?
Я чуть не забыла про эти ледяные от паники десять секунд. Они уплыли за сотни световых лет. В прошлую геологическую эпоху.
— Ты хочешь сказать, я забыла начало песни? — ответила я, делая обиженный вид. — Я просто решила, что публике захочется еще раз послушать, великолепное вступление Кары!
Кара с улыбкой откинула со лба влажную прядь гладких темных волос.
— Да, верно! — воскликнула она.
Шоу продолжалось. Танцующая девушка все еще оставалась одной из лучших претенденток. Сумеем ли мы обогнать ее? Или даже… выиграть конкурс?
— Хорошо бы сейчас сидеть в зрительном зале, — прошептала Хай Лин. — А то здесь, за кулисами, от напряжения трудно дышать. И смотреть выступления на экранах гораздо хуже, чем вживую.
Я отпила глоток воды. В горле опять пересохло. Кара барабанила пальцами по столу, и ее длинные ногти ритмично отбивали: «тук-тук-тук, тук-тук-тук».
— Блестяще, крошки мои! — воскликнул Ал Гатор, одарив нас новой россыпью своих змеиных воздушных поцелуев. — Чудесно! Великолепное вступление, очень нетрадиционно. И у вас отличные костюмы, крошки мои, мне очень понравились…