— Вы победили! — не без изумления воскликнула Тарани. — Наша песня признана лучшей!

— Да! — отозвалась я с радостным смехом.

— Но ты все-таки спела «тихо, как слезинка».

— Да, знаю… — Но я ни о чем не жалела.

— Вы пели замечательно, — сказала Корнелия. — Намного лучше, чем сегодня днем, на репетиции!

— Гм, да. Наверное. Знаешь, это видимо, бывает, когда выступаешь перед публикой.

Фиона открыла большую бутылку колы и разлила воду в бумажные стаканчики.

— Вилл, — окликнула я, заметив подругу неподалеку. — Подойди, выпей с нами!

Она подняла глаза, сжимая в руке моток провода.

— В другой раз, — грубовато отозвалась она.

— Да ладно! Оставь свои провода — мы тебе потом поможем!

Она медленно выпрямилась. Посмотрела на меня. И в ее взгляде было что-то такое, от чего моя радость мигом улетучилась.

— Я не уверена, что вас есть с чем поздравлять, — тихо произнесла она.

Удар был силен.

— Что ты хочешь сказать?

— Ты сама знаешь что.

Самое противное, что я и вправду прекрасно понимала, о чем она говорит. Но притворилась оскорбленной невинностью.

— Нет, не знаю.

— Как ты думаешь, вы победили заслуженно? — спросила она, по-прежнему так тихо, что слышала ее только я.

— Но мы играли хорошо! Она кивнула.

— Лучше, чем сегодня днем. Но неужели лучше, чем «Синий Кобальт»? Не думаю.

Я вышла из себя.

— Только потому, что ты влюблена в Мэтта…

— Я не влюблена в Мэтта, — возразила она, залившись жарким румянцем. — Это не имеет к Мэтту никакого отношения!

— Еще как имеет!

— Нет. Я говорю об обмане. Пускать в ход магию — это обман. А если вы выиграли нечестно, то это совсем не победа!