Она больше не писала статьи для журналов, и политика ее мало интересовала. Эпоха Маккарти принесла ей только разочарование из-за снижения ценности индивидуального права на истину, к тому же сильно встревожила широкую общественность из-за ограничения свободы слова. Ее любовь к Колину, чьи политические взгляды отличались экстравагантностью, заставила ее отказаться от прежних воззрений и старых друзей. Колин называл себя то лишенным всякой надежды социалистом, то нигилистом, то сторонником единого налогообложения, то монархистом -- в общем, его политические взгляды зависели от того, с кем он в данную минуту спорил. Но в конце концов всегда голосовал за демократов. Ни он, ни Гретхен не участвовали в бурной политической деятельности киношной колонии: не чествовали кандидатов, не подписывали петиций или объявлений в газетах, не ходили на коктейли, устраиваемые для сбора денежных средств в фонд политических кампаний. И вообще они не часто бывали на вечеринках.

Колин пил мало, а все эти шумные попойки и бесцельный треп на обычных голливудских сборищах действовали ему на нервы. Он не любил флирта, так что присутствие целых полчищ красивых женщин в домах богатых и знаменитых людей не производило на него абсолютно никакого впечатления. После нескольких лет с чересчур общительным Вилли Гретхен наслаждалась своим семейным очагом, тихим домом и спокойными вечерами со своим вторым мужем.

Отказ Колина, как он однажды выразился, "ходить в общество" не отразился, однако, на его карьере. По его твердому мнению, "только люди без таланта играют в игры с Голливудом". Он доказал свой талант, сделав свою первую картину, подтвердил его второй и теперь, заканчивая свой третий фильм за пять лет, стал, по всеобщему признанию, одним из самых блестящих режиссеров своего поколения. Единственная неудача настигла его в Нью-Йорке, когда он вернулся туда после завершения своей картины, чтобы поставить пьесу в театре. Спектакль выдержал на сцене всего восемь представлений и был снят с репертуара.