— Егорка, а вдруг он наведёт на нас сигнал — всё в голове перемешается, как и себя зовут забудешь, — сказал Арканя.

— Всё дело в часах. Он ведь не всегда часы достаёт.

Тут он увидел на тропинке Вику Нечаеву — самую красивую девочку из их класса. Она понравилась Егору в первый же день. Ни у кого не было таких жёлтых волос. Егор ткнул Арканю и показал на Вику.

— Подумаешь, разгуливает, как артистка, — пробурчал Арканя.

Вика в синем платьице прошла вдалеке, не ведая, что из репейника, затаив дыхание, на неё смотрят двое.

— Я, Арканя, решил жениться на Вике, — сказал Егор.

— На Вике? — удивился Арканя. — А Катька Лебедева на тебе хочет жениться.

— На мне? А как ты знаешь? Говорила она, что ли?

— Девочки про это не говорят, — рассудительно заметил Арканя. — Только сразу видно, что ни на ком другом она не женится. Когда она узнала, что ты во второй класс ушёл, заныла: «Я хочу тоже во второй!» — понятно: с тобой хочет. Елене Васильевне даже надоело, она ей сказала: «Замолчи, Лебедева!» Ну, она замолчала.

Их разговор прервал треск сухого репейника, раздавшийся за спиной. Они ещё ничего не успели понять, как неизвестно откуда выпрыгнул пёс Шарик. Он был ничейным, но считал своим хозяином Егорку, и Егорка тоже считал его своей собакой. Но это не мешало Шарику жить то тут, то там: кто повкуснее угостит.

Шарик, видимо, долго искал Егора и сейчас от радости лаял и прыгал, осыпая колючки. Не сговариваясь, мальчишки выскочили из засады. Они были в репье с ног до головы. А уж про Шарика и говорить нечего.

— Мы разведчики! Ты соображаешь или нет? — рассердился на него Егор.

Шарик виновато повернул голову набок, повёл ухом: дескать, извини, не сообразил.

Егор с Арканей стали отдирать с Шарика колючки. Это было не так-то просто: шерсть у него лохматая, густая. Шарик не сопротивлялся. Он даже улёгся: что хотите со мной, то и делайте.