— До чего глаза-то хитры! — погрозила бабушка пальцем и тут же схватилась за сердце. — Ох, довёл ты меня сегодня. Неси-ка валерьянку!

Егор сбегал на кухню, принёс валерьянку и воду в стаканчике.

— Двадцать капель? — спросил он.

— Хоть двадцать, хоть тридцать. На глазок лей. Егор и так всегда лил на глазок, потому что считать долго, к тому же он думал: чем больше, тем полезнее.

— Пей, бабушка! — Егор аккуратно закрыл пробочкой пузырёк. — Всё в порядке, бабушка? Ну, я пошёл в угол.

— Иди, иди, безобразник!

Егор снова встал в угол, а бабушка ушла на кухню.

Сначала Егор постоял, потом сел. «Интересно, как там Арканя? — думал он. — Тоже, наверное, в углу стоит. Хорошо, если бы на расстоянии можно было разговаривать. Он — у себя дома, а я — у себя. Он знает то, что я думаю, а я — то, что он. Тогда можно было бы вообще вслух не говорить. Все бы поражались: чего это мы с Арканей такие молчаливые? Слова от нас не добьёшься. А нам к чему разговаривать? И так друг друга насквозь видим. — Тут Егор вспомнил про Затейника. — Может, он тоже насквозь видит? А вдруг к нему правда притягивает? Недавно кино по телевизору показывали: кто-то как прыгнет, кого-то как схватят, а он оказался железный!»

Егор подпрыгнул, как в кино, и схватил того, который оказался железным.

— Стой! — крикнул он. — Не уйдёшь!

Но тот, видимо, всё-таки ушёл. Егор растянулся на полу. «Этих роботов от людей на первый взгляд не отличишь, — подумал он, — попробуй догадайся. Затейник по утрам, может, себя ключиком заводит. Чик-чик-чик! — и завёлся. А вдруг он не робот, а инопланетянин?..»

Егор даже сел — так удивился своей догадке. Ведь он же сам, собственными глазами, видел корабль с другой планеты!

Это было месяц назад, вечером. Только смеркаться начало. Вбежал отец и крикнул:

— Летающая тарелка!

И мама, и бабушка выбежали за отцом. И Егор тоже за ними, хотя понять не мог, про какую такую тарелку сообщил отец и отчего все переполошились.