– Хороший граммофон, – отвечает дедушка, – безотказный. – И рукой Кузе незаметно от бабушки на кота Ваську показывает. – Его как подзаведешь – на полчаса музыка!

Догадалась бабушка, что про кота-мурлыку дед говорит, сама засмеялась:

– Всю свою работу на ежа спихнул, теперь ему что не петь! Добровольно в граммофоны наш Васька записался.

Позвал еще раз Кузя бабушку на огород, но снова получил от нее отказ.

– Видала я их, видала! И тех, что из тучки падают, и тех, что из пруда выскакивают. Всяких видала, не пойду!

Думал Кузя, что вечером дед на зеленых пловцов посмотрит, но дедушка и вечером к бане идти отказался.

– Уж как-нибудь, Кузь, в следующий раз… Завтра или послезавтра…

Но так и не собрались сходить к бочке у бани ни дед, ни бабушка. Да и сам Кузя на другой день о лягушках забыл: у него, как у деда, тоже важных дел немало нашлось. А когда он пришел, наконец, через несколько дней к тучеулавливательной бочке, то обнаружил с большим удивлением, что лягушки из нее исчезли, а плавали вместо них в потемневшем дождике маленькие хвостатые головастики.

«А эти откуда нападали? – подумал Кузя, глазея на странную мелюзгу. – Дождей уж, наверное, неделю как не было!»

Пошел Кузя домой, рассказал про сбежавших лягушек дедушке с бабушкой. А говоря о смешных головастиках, спросил:

– А эти-то как в бочку свалились? Да еще такой большой компанией?

Хотел дедушка по своей привычке какой-нибудь новой загадкой ответить, но не успел, бабушка его опередила и все внуку, как надо, объяснила.

– Они, Кузя, головастики-то, из икры лягушачьей вывелись. Из каждой икринки один головастик получился. Не поколол дед свой тучеулавливатель, вот теперь лягушек для всего села выводить станем. Глядишь, еще одну почетную грамоту получим: «За успешную заготовку речных квакушек».

– Дадут грамоту – возьмем, не дадут – в обиде не будем, – ответил дедушка, ни капли не обижаясь на бабушкины слова. – У нас, может быть, новая порода завелась, а ты ворчишь.