В кухне на окне стояла пустая клетка... Это была не обыкновенная клетка, какую можно купить в зоомагазине, - она была самодельная, очень просторная, так что птица чувствовала себя в ней свободно и не должна была натыкаться на деревянные перекладины. Эту клетку Колька построил очень давно, с маминой помощью, и она бы, наверно, вполне подошла даже для ширококрылого горного орла, а не только для скромной чайки. Внутри клетки, в горшочке с землей, рос куст, чтобы птица, если бы она не была речной чайкой, могла присесть на него и вспомнить свой родной лес. Сейчас листики на кусте свернулись в сухие трубочки: их, видно, давно уже никто не поливал.

Дверца клетки, которую вполне можно было бы назвать дверью, была открыта. В пустой банке из-под консервов валялось несколько желтых зерен...

- Вы давали ей рыбу? - тихо спросил Колька.

- Нет... У нас не было времени возиться с рыбой, - ответил отец. - А вот зерна...

Колька боялся задать главный вопрос, оттягивал его.

- А ногу ей перевязывали?

- Да... бинтом.

- Но ведь тут, на кухне, темно и жарко... и пахнет газом. Зачем же вы ее сюда?..

- Ты знаешь, Николай... - Отец в серьезные минуты всегда называл его так - Николаем. - Ты знаешь, что Неля нигде летом не отдыхала, что она много занималась, а птица кричала, хлопала крыльями, чем-то там шуршала. Ну, в общем, мешала ей...

Колька со злостью взглянул на худое и бледное лицо Нели. Она и правда все лето была в городе, потому что захотела заниматься с известным профессором - преподавателем консерватории. Профессор этот приехал на два месяца из Ленинграда в гости к своему сыну, инженеру.

- И что же, Черная Спинка, значит, тебе очень мешала? - все так же тихо, избегая еще главного вопроса, спросил Колька у Нели.

- Да, мешала! - звонко, дребезжащим от надвигавшегося плача голосом ответила девочка.