Мать улыбнулась:

– Ну, раз Чайников сделал, о других беспокоиться нечего.

Но вот тут-то мать и ошиблась.

Утром, по дороге в школу, Таня начала окликать ребят из своей звёздочки:

– Митя, уроки сделал?

– Сделал! – прокричал в ответ Митя и помахал варежкой.

– Вальков, а ты сделал?

Федя Вальков ничего не ответил, только кивнул головой.

Таня успокоилась, повеселела.

– Ой!.. А я-то… – вдруг пролепетала Алёнка и даже остановилась. – Я забыла…

– Что забыла? – удивилась Таня. – Тетрадку?

– Нет, – жалобно ответила Алёнка, – примеры сделать забыла.

Таня тоже остановилась. Она смотрела на Алёнку сердитыми глазами и не знала, что делать: не то плакать, не то браниться. Разве могла она подумать, что Алёнка так их звёздочку подведёт!

– А потому, что мне было некогда, – начала оправдываться Алёнка, – а потому, что отец дрова рубил, а я таскала в поленницу, а потом меня мама учила чулок вязать. Всё время трудилась!

– Трудилась, как же! – со слезами сказала Таня. – С Дёмушкой до ночи в жохи играла!

– Мало ли что в жохи, – закричала Алёнка, – а всё равно трудилась! Октябрята должны трудиться! А ты вот и не трудишься ничего. А ещё командир!

– А уроки октябрята не должны делать, да?

Совсем поссорились подружки, пока шли в школу.

Но потом помирились: ведь октябрята должны хорошо с друзьями жить, крепко-накрепко дружить.

Танины дела

Помириться-то они помирились. Но Таня никак не могла забыть Алёнкиных слов, что Таня командир, а не трудится!

Таня пришла из школы, поскорей сделала уроки.

«А теперь буду трудиться, – подумала она. – Чего бы мне поделать?»

Но только Таня убрала свои тетрадки, бабушка сказала ей:

– Подмети горницу, Таня, а я пока за водой схожу. Изба у нас не убрана. Мать – на молотилке с утра, дед – на конюшне, а я в риге была, лён сушила.