Бронированные леди высоко стояли на своих колесах с металлическими бортовыми выступами и литыми резиновыми шинами, и Джейку стало не по себе при мысли, что именно на его долю выпадет задача вытащить из них моторы, отшвырнув за ненадобностью пусть изношенные, но доблестные старые тела.

Такого «галантного» обращения эти боевые старые дамы еще не удостаивались. В юности они гонялись за хитрым германским командующим фон Леттов-Форбеком по диким горам и равнинам Восточной Африки. В тех первозданных местах окраска броневиков сильно пострадала, кое-где остались и следы пуль — характерные вмятины на стали.

То были их звездные дни, стальные леди стремительно бросались в бой, войсковые вымпелы развевались на ветру, пыль вздымалась столбом, они преодолевали расселины и провалы, их пулеметы извергали адское пламя, и германские наемники в ужасе бросались врассыпную. Потом их родные моторы заменили прекрасными новенькими «бентли», и началось их медленное умирание в пограничных патрулях; они охотились за угонщиками скота, и грубые водители постепенно довели их до нынешнего состояния — так и оказались они в раскаленном месяце мае 1935 года от Рождества Христова на распродаже государственного имущества. Но Джейк знал, что, несмотря на жестокое обращение, которому они подвергались, моторы не могли прийти в окончательную негодность, и именно в этом он хотел убедиться.

Он засучил рукава, как хирург перед операцией.

— Хотите не хотите, девочки, — бормотал он, — а от старого Джейка вам не скрыться.

Джейк был высокий мужчина с широким костяком, он с трудом влезал в тесные броневики. Но работал с углубленной сосредоточенностью, которая граничила с самозабвением, и потому никаких неудобств не замечал. Добродушные губы сами собой вытянулись и стали насвистывать начальные такты «Тайгер Рэг», повторяя их снова и снова, а глаза тем временем впивались в темное чрево броневиков.