- Капитан?

- Слышали? Шесть истребителей, шесть, впереди - слева!

- Слышал, капитан!

- Дютертр, они нас заметили?

- Заметили. Разворачиваются на нас. Мы выше метров на пятьсот.

- Стрелок, слышали? Мы выше на пятьсот метров. Дютертр! Еще далеко?

- ...несколько секунд.

- Стрелок, слышали? Через несколько секунд будут у нас в хвосте. Вот они, я их вижу! Крохотные. Рой ядовитых ос.

- Стрелок! Они идут наперерез. Сейчас увидите. Вот они!

- Я... я ничего не вижу. А! Вижу!

А я уже потерял их из виду.

- Гонятся за нами?

- Гонятся!

- Высоту набирают быстро?

- Не знаю... Кажется, нет... Нет!

- Ваше решение, капитан?

Это спросил Дютертр.

- А что я могу решить?

И мы замолкаем.

Решать тут нечего. Все зависит только от Бога. Если я развернусь, расстояние между нами уменьшится. Мы летим прямо на солнце, а на большой высоте нельзя набрать еще пятьсот метров, не потеряв скорости и не отстав от движущейся цели на несколько километров. Поэтому может случиться, что, прежде чем они выйдут на нашу высоту и разгонятся, мы успеем исчезнуть в слепящих лучах.

- Стрелок, все еще летят?

- Летят.

- Мы отрываемся?

- Гм... нет... да!

Все зависит от Бога и от солнца.

Предвидя возможный бой (хотя истребители не столько ведут бой, сколько совершают убийство), я напрягаю все мускулы, стараясь сдвинуть замерзшие педали. Я чувствую себя как-то странно, но истребители у меня еще перед глазами. И всей своей тяжестью я наваливаюсь на упрямые педали.

Я опять замечаю, что, одеваясь, волновался гораздо больше, чем сейчас, хотя происходящее и принуждает меня к нелепому ожиданию. Меня даже охватывает злоба. Благотворная злоба.

Но никакого опьянения самопожертвованием. Я готов кусаться.

- Стрелок, уходим от них?

- Уходим, господин капитан.