Она смотрела на него, и в глазах у нее мелькнула чуть насмешливая улыбка, а он, разговаривая с ней, ухмылялся, обнажая беззубые десны. Странное чувство я испытывал, глядя на этих двух стариков, не видевшихся полвека, и думая о том, что столько лет назад он любил ее, а она любила другого. Мне захотелось узнать, помнят ли они, что чувствовали тогда и о чем говорили друг с другом. Мне захотелось узнать, не удивляет ли теперь его самого, что из-за этой старой женщины он покинул дом своих предков, законное свое наследие, и всю жизнь скитался по чужим краям.

- Вы когда-нибудь были женаты, капитан Медоуз? - спросил я.

- Нет, это не для меня,- ответил он надтреснутым голосом и ухмыльнулся, - я слишком хорошо знаю женщин.

- Ты только так говоришь, - возразила миссис Медоуз, - на самом деле в молодости у тебя наверняка было с полдюжины черных жен.

- Тебе не мешало бы знать, Эмили, что в Китае женщины не черные, а желтые.

- Может быть, поэтому ты и сам так пожелтел. Когда я тебя увидела, то сразу подумала: да ведь у него желтуха.

- Я сказал, Эмили, что, кроме тебя, ни на ком не женюсь, и не женился.

Он произнес это без всякого пафоса или чувства обиды, так же просто, как говорят: "Я сказал, что пройду двадцать миль, - и прошел". В его словах звучало даже некоторое удовлетворение.

- Может, тебе пришлось бы раскаиваться, если бы ты женился, - сказала она.

Я немного поговорил со стариком о Китае.

- Я знаю все порты Китая лучше, чем вы - содержимое ваших карманов. Я побывал повсюду, куда только заходят корабли. Вы могли бы здесь просиживать целые дни в течение полугода, и то я не успел бы рассказать вам половины всего, что повидал в свое время.

- Мне кажется, одного ты все же не сделал, - сказала миссис Медоуз, и в глазах ее по-прежнему светилась насмешливая, но добрая улыбка, - ты не разбогател.

- Не такой я человек, чтобы копить деньги. Зарабатывай их и трать -вот мой девиз. Одно могу сказать: если бы мне пришлось начинать жизнь заново, я бы в ней ничего не изменил. А ведь немногие это скажут.