Моран разразился громким смехом.

— Так отправляйтесь в Даржелинг и убедитесь сами, вру ли я, Минг номер два!

Наверху — новый взрыв неистовой ярости, закончившийся воплем монгола:

— Ладно, я последую вашему совету, командан Моран, но не считайте, что тем самым вы от меня отделались. Я обязательно настигну вас вновь, и вас ждет незавидная участь!.. Когда моя десница обрушится на весь мир!..

В верхней галереи затопали быстро удалявшиеся шаги. Воцарилась тишина.

— Вы думаете, на сей раз он действительно смылся? — занервничал Билл.

— Конечно, чтобы проверить сказанное мною. Я вообще считаю, что если правильны мои предположения, то у месье Минга появился куда как более грозный недруг, чем наши с тобой тщедушные персоны — Он сам.

На широкой и красноватой физиономии шотландца отразилось такое изумление, которого до этого, несомненно, не знало ни одно человеческое лицо. Но Боб успел упредить его реакцию.

— Возвратимся лучше обратно, в пещеры, — бросил он. — Надо провести кое-какие ликвидационные работы…

Найдя в углу кувалду, француз принялся неистово крушить плексигласовую полусферу вместе с её цоколем. В куче образовавшихся обломков торчали сложные плетения проводов, электромагниты, всякого рода реле, транзисторы, электронные трубки. Моран со второго захода раздробил их в мелкую крошку. По правде говоря, уничтожая этот аппарат — порождение гениального, но преступного ума, — Боб испытывал определенное сожаление. И все же он шел на это, прекрасно понимая, что, приводя в негодность великолепную машину, способную из простых электронов создать живое существо, они с Биллом обретали тем самым — пусть ничтожное! — но все же преимущество в новой фазе беспощадной борьбы с Желтой Тенью.

Наконец, Моран устало опустил тяжелую кувалду и скомандовал:

— А теперь — сматываем удочки, и побыстрее. Бежим к самолету, но остаемся начеку на случай возможной засады со стороны Минга, в которую я, впрочем, не верю. Ему сейчас невтерпеж добраться до Даржелинга, чтобы распутать щекотливую загадку, которую я ему задал. Мы же — незамедлительно возвращаемся в Калькутту и не только ради новой встречи с Таней, но также и для восстановления контакта с нашим давним другом Шеела Хан